Тогда я еще сказал: «Уау, что это было?! Нам пренепременно нужно будет сюда вернуться!». Однако примерно в это же время в Ухани один китаец собирался на рынок — купить немного риса и пару летучих мышей, а дальше вы знаете.

Что ж, пока то да сё, да пандемия, мне на одном из стриминговых сервисов попался документальный фильм о Миссульском наводнении — одном из самых больших из известных в истории планеты — в котором я с удивлением узнал знакомые места. Поэтому как только открыли границы, одна из первых поездок в Штаты естественно была в район бассейна реки Колумбия, и не просто так, а с целью понять и рассказать как сформировалась большая часть Вашингтона и Орегона. Так что любознательные — читайте и разбирайтесь, все остальные — смотрите картинки и видосик вверху не пропустите. Поехали.

Вообще года речь идет о геологии Тихоокеанского северо-запада Америки, нужно помнить одну важную вещь — еще при динозаврах, и после их вымирания всё что западнее Калгари было морским дном, а остров Ванкувер был от всего этого примерно как Гавайи сегодня.

В общем, в одну из сред я решил что всегда хотел покататься на машине по пляжу, и подходящее место нашлось недалеко от Портленда, а если точнее, то от Астории — на самом юге штата Вашингтон.

Место под названием Лонг-Бич — далеко не самый длинный пляж в мире несмотря на то, что написано на воротах.

Но, все же, это солидные 45 км песчаного пляжа, с приливами и отливами и с изюминкой — это самый длинный пляж в мире, по которому проходит автомобильная дорога.

Как и положено, на дороге штата установлено ограничение скорости — 25 миль в час, равно как и ряд правил.

Но на этом все сходства с дорогой в привычном понимании этого слова заканчиваются.

Очень хотел рассказать про бичкомбинг, но оказалось что в русском языке нет такого слова, Википедия отсылает к не имеющему к нему никакого отношения слову «бич» (в смысле, разорившийся человек, бродяга), а гугл в лучшем случае посоветует коктейль или трансформеров. Поэтому рассказа не получится…

А может быть наоборот, для кого-то откроется новый мир. Бичкомбинг — это такое занятие: бродить по пляжу и искать дары моря в литоральной зоне (ниже линии прилива).

В прошлый раз я писал о том, каким разнообразным может быть Национальный парк Олимпик — от дождливого леса до снежных вершин и песчаных пляжей.

Но и сами пляжи могут буть предельно разными.

Здесь, на расстоянии 30 миль — весь диапазон разнообразия побережий американского северо-запада.

Причем, не только в плане ландшафта, но и погоды тоже.

Так что же ищут на пляже бичкомберы, спросите вы?

В основном «сокровища» естественного происхождения — ракушки, кораллы, камешки.
Те же песчаные доллары, или вот такие гусиные морские желуди (goose barnacles)…

Или яйца кальмара в лучах заходящего солнца.

Иные собирают другие «сокровища» — подаренные ранее морю человеком. Крайне редко эти предметы, имеют хоть какую-то ценность. В основном куда ценнее их отсутствие на пляже и в пищевой цепочке морских животных.

Пляж Руби оказался на удивление богатым заокеанским мусором, особенно как для Национального парка.

На границе таможенник скептически осмотрел груженный под крышу и выше крыши внедорожник и спросил, мол куда едем. На ответ что в Олимпик он искренне удивился: «с этим? а где ваш дом на колесах?».

Оказывается, Олимпик — это северная версия острова Мауи с несколькими климатическими зонами вокруг вулкана там и горной грядой здесь.

В то время как с одной стороны может светить солнце, с другой как пить дать будет поливать дождь. Водопады вдоль дороги делают сходство еще ближе.

Самое главное отличие от Гавайев — конечно же, разница температур: одно дело когда полощет в +28°C и совсем другое — в +14°C. Опять же, точно как и на Мауи мы весь день ездили под солнышком и под вечер приходилось возвращаться в мокрый лагерь.

По колено в грязи, на фестивале тюльпанов без тюльпанов, на вершине горы на сноуборде и за рулем снегохода…
А как вы провели свои выходные?

Не так давно, как раз сразу после прошлого поста мне неожиданно пришел чек от Getty Images с самой дорогой продажи одной моей фоточки на стоках за все время (вы имели удовольствие наслаждаться ей бесплатно под №14 в посте о горе Шим).

На радостях я случайно все потратил в тот же день, заказав новый объектив (легко пришло, легко ушло деньги ведь должны работать, не правда ли?), за которым пришлось ехать в субботу в соседний Вашингтон, а по пути (40 лишних миль в одну сторону у нас теперь считается по пути) решили заскочить на фестиваль тюльпанов в долине Скагит.

В конце концов нужно опробовать его пока я здесь и если что отослать обратно.
На самом деле, то, что стеклышко отсылать обратно не придется, стало ясно всего через пару минут — дальше почти все снимки с него.

Tokina 28-70 F2.6-2.8 AT-X PRO
Очень редкое сегодня стекло, выпущенное для пленочных камер, но прекрасно работающее с D800. Как для старого классического объектива, Токина оказалась довольно шустрой и цепкой в фокусировке: хоть бы раз за весь день промазала — у меня ни один фикс таких результатов не давал.

Сиэтлский музей авиации — самый большой частный аэро-космический музей в мире, находится на территории первого завода Боинга, всего в нескольких минутах от даунтауна Сиэтла.

Перед входом в музей стоит Констилейшн Транс-канадских авиалиний 1954 года — один из последних винтовых самолетов, выпущенный прямо перед бумом реактивных двигателей в пассажирской авиации. Между тем, это — один из самых успешных Логхидов.

Почти столь же успешный как этот немецкий глайдер — Тауб (Taube) 1913 года, что висит на входе рядом с даВинческими репродукциями — царивший в небе до Первой мировой войны.

К которой больше других, как я узнал, оказалась готова Италия, где стали вооружать первые самолеты еще до начала войны в рамках их конфликта с Турцией на почве африканских колоний.

Обратите внимание на пулемет, установленный над лопастями винта на этом Caproni Ca.20.

Италия решила не ставить в массовое производство эту модификацию Ca.18, которая превосходила по скорости все что было в небе на тот момент и сфокусировалась на бомбардировщиках.

Такие выходные в Сиэтле начинаются… в Канадском Костко, вернее на их сайте – здесь дешевле всего купить Сити-пасс (Seattle City Pass) или «городской пропуск» — CAD$88 (USD$65 по нынешнему курсу) против USD$88 на официальном сайте. Жаль только что детских сити-пассов не бывает: цена одна для всех.

Дальше вы распечатываете подтверждение покупки и часа два смотрите на меньшую шкалу на вашем спидометре, пока не оказываетесь в гостях у друзей.

По условиям Сити-пасса вы можете посетить 5 городских достопримечательностей из 7-ми, на что вам дается 9 дней. Не успеете за выходные, можете приехать в следующие.

1. Argosy Cruises Harbor Tour
2. Seattle Aquarium
3. Woodland Park Zoo ИЛИ Museum of Pop Culture
4. Pacific Science Center ИЛИ Chihuly Garden and Glass
5. Space Needle

Круиз по  портовой гавани
Argosy Cruises Harbor Tour

Цена без сити-паса: $27/взрослый, $13/детский
Официальный сайт

До последнего я не был уверен, хочу ли подписываться на часовой круиз по заливу с маленьким ребенком, но он оказался очень расслабляющим (даже если не пользоваться баром на борту), освежающим в жаркий летний день и познавательным.

— Ну ладно. Овощи, фрукты везете?…

Artist Point обычно открыт со средины июня до конца октября — по погоде. В прошлом году зима была малоснежной, поэтому и открылась дорога раньше.

Проверять состояние дороги нужно здесь.

Если вас когда-нибудь интересовало, как это когда горная дорога закрыта на сезон, то это вот так.

Там впереди еще пару километров до верхней парковки, а здесь под снегом — альпийские луга Heather Meadows.

Так зачем же сюда ехать, спросите вы, если все закрыто и в снегу?

Ну, во-первых не все.

Нижняя парковка уже вполне свободна от снега.

А во-вторых, прочитав две книги о геологии Британской Колумбии, меня необъяснимо тянуло обратно к базальтовым колоннам.

Базальт образуется при быстром остывании вулканической лавы, а шестигранные колонны — как одна из простейших кристаллических форм — образуются при еще более быстром остывании, когда на кристаллизации вообще нет времени.

На остатках снежных склонов — следы чьего-то безрассудства.

Особенно там, вдали, возле ледника.

Учитывая что половина геологии Британской Колумбии посвящена ледниковым периодам, в одном из промежутков между которыми расцвела человеческая цивилизация, то увидеть ледник тоже очень не терпелось.

Сегодня в Северной Америке день зимнего солнцестояния — официальный первый день зимы. Так что все кто постит солнечные фотки «вот такая у нас, дескать, зима в Ванкувере/Торонто/Монреале» — теперь можете постить, до этого вы публиковали осень, возмущаясь что она не зима.

У нас же в Ванкувере снега не было уже больше года — последний раз выпадал в ноябре прошлого года и мои мечты построить на заднем дворе снеговика на Рождество все больше утекают в сток с дождевой водой.

Но поскольку субботним утром мне пришлось ехать в Америку за подарком от Санты, я решил по пути заехать на гору Бейкер за зарядом зимы на следующую неделю и, может быть за новыми обоями на рабочий стол. Ну вернее как по пути, бешеной собаке сто миль — не крюк, не так ли?

А заодно и за последней охотой со старой камерой, которая три года была со мной и в открытом море и в болотах и по пояс в снегу и в пустыне и чего удивляться что у нее половина кнопок не работает.

Тем более что в канун зимнего солнцестояния можно поспать подольше и все равно застать рассвет в горах. А природа американского северо-запада на рассвете, неизменно прекрасна.

Да, и еще я теперь больше смотрю в сторону полноприводной машины.

В хороший день снежную вершину Бейкера видно с любой возвышенности Ванкувера, хоть и находится она за границей. Хотите, верьте, хотите нет, но на этом фото с вершины горы Грауз до нее — 100км:

Поэтому хватит смотреть на нее издалека — поехали, посмотрим что там вблизи.

Одно из самых доступных мест на склоне вулкана — площадка Artist Point (1,536м). Дорога сюда обычно закрыта до средины июня, но в этом году из-за глобального потепления, которого нет, она была открыта на месяц раньше обычного.

Теперь туда может доехать любой… в общем, любой туда может доехать.

Здесь наверху еще остался снег, но по нему ничего уже не катиться — знакомое ощущение, как в лыжах на асфальте.

В то время как у нас в горах снега уже давно нет — месяц назад оставалось всего несколько сантиметров, до которых еще нужно было дойти здесь — целая стена прямо на парковке.

С другой стороны, как  для самого снежного места на Земле — в сезон 1998/99 здесь выпало 29 м снега — не так уж и много.