Провинциальный парк Уэлс-Грей — определенно не то место о котором вы часто слышите в Ванкувере, не в пример нашим трем «городским» горам (Сайпрес, Грауз и Сеймур) или более близким и популярным паркам вроде Golden Ears, Manning, Pacific Rim и пр.
Я вам больше скажу, за 4 года в Ванкувере я умудрился вообще ни разу о нем не услышать аж до самой поездки туда и зря — место это если не удивительное, то весьма впечатляющее точно.
Чтобы попасть в Уэлс-Грей, нужно 4 часа ехать до Камлупса, доехать до поворота на Сан-Пикс и дальше еще 100км на север, итого 500 км. Несмотря на удаленность, весь кемпинг в парке был уже разобран, поэтому пришлось встать с палаткой на подъезде к нему — под звездным небом другого небольшого парка, North Thompson River Provincial Park, на месте индейского поселения возрастом более 3 тыс. лет на слиянии двух рек (Клирвотер и Томпсон).
И каждое утро ехать еще 20 км до Уэлс-Грея.
Trophy Mountain
Протяженность: 12 км (туда и обратно)
Набор высоты: 300 м
Категория: легкий
Найвысшая точка: 2,115 м
Время прохождения: 3 ч.
Расстояние от Ванкувера: 5 ч.
Первое чему я не смог сказать «нет» в парке, это тропа с названием «Цветочные альпийские луга» (Flower Meadows) на вершине горы Трофей (Trophy Mountain) на южной границе парка:
К началу тропы ведет 15-километровая гравийка, чуть более раздолбленная чем средне, которая выводит к парковке почти на линии субальпийского леса.
Первый час – неспешный подъем по субальпийскому лесу (как на Гарибальди или Фрости, только ровнее и раза в 3 короче), но поскольку еще на парковке на вас нападает стая комаров, то чем неспешнее подъем, тем больше потом чешется.
В конце субальпийской зоны, километрах эдак в 4-х от парковки попадается первый снег. На дворе — 1 июля.
Затем, как это водится, лес расступается.
Уступая место альпийским лугам.
В конце июня — начале июля здесь — сезон ледниковых лилий (Glacier Lilies).
Излюбленного лакомства медведей гризли, которых в парке насчитывается более 100 особей.
Чуть выше можно встретить близкого родственника крокусов и лютиков — сон-траву (Pulsatilla patens). Официальный цветок провинции Манитоба и штата Южная Дакота.
Где-то в траве и зарослях голубики журчат ручьи, которых почти не видно.
В 50-х годах семья неких Роначеров (Ronacher) а затем в 70-х — семья деКельвер (DeKelver) занималась здесь разведением трех сотен овец и весьма успешно, пока государство и деревообрабатывающая промышленность не вытеснили их бизнес с альпийских лугов в долину. Сохранившийся на альпийских лугах пастуший домик Роначеров, построенный лишь при помощи топора и подручных материалов, под влиянием высокогорного климата очень скоро перестанет напоминать о том, что когда-то здесь паслись сотни овец.
Дальше, поднявшись всего на каких-нибудь 50 метров выше линии леса (набор высоты на всей тропе — всего-то 300м), экосистема снова меняется.
Теперь это уже альпийская тундра.
Да и снега здесь поболе. А с началом снега, к превеликой радости, закончились комары.
Местами прямо на тропе.
Последняя сотня метров тропы перед смотровой площадкой еще не растаяла.
И не смотрите что местами снег на фото розовый или сиреневый — это не баланс белого и не пыль с окрестных склонов, а как мне показала сегодня жена, — это водоросли, которые растут в воде на поверхности тающего снега и которые в последнее время встречаются значительно чаще чем прежде.
Считается что глобальное потепление виновато в большем количестве талого снега на поверхности, пригодного для размножения этих водорослей, которые, в свою очередь, ответственны за уменьшение отражательной способности снега и, как следствие, глобальное потепление.
Ванкуверский университет Саймона Фрейзера (SFU) сейчас проводит исследование феномена «розового снега» и просит хайкеров присылать сообщения об обнаружении оного с GPS координатами и фотографиями на электронный адрес: [email protected]
(отправил)
Ну что ж, за разговорами о розовом снеге мы и не заметили как оказались на небольшой вершине.
Да еще и откуда ни возьмись вид такой что аж до мурашек.
С перетекающим из верхнего в нижнее озером Шейла (Sheila Lake).
Высота — 2,115 м.
Здесь обнаружилось небольшое плато и тропы, ведущие в разные стороны.
На плато, естественно, уже никакого снега, посколько нет тени, в которой он бы прятался.
Вид с другой стороны плато — не такой эпический как вид на озеро Шейла.
Spahats Creek Falls
Конечно, парк Уэлс-Грэй может похвастать не одними лишь альпийскими лугами. Парк растянулся вдоль русла реки Clearwater, в которую со склонов гор парка стекают десятки водопадов. Как, например, 60-метровый Спахатс (на языке индейцев — «медведь»).
Высота водопада Спахатс — 73 метра, вместе со вторым каскадом сразу слева за углом, почти до уровня деревьев. Высота свободного падения воды — 60 м.
Весь район образован около 300 тыс. лет наслоенными друг на друга лавовыми потоками. Порода между наслоениями лавы давно выветрилась, образовав глубокие каньоны, водопады и даже несколько природных мостов и арок.
Helmcken Falls
Сбережение четвертого по высоте в Канаде водопада Хелмкен (141 м) стало главной причиной создания провинциального парка Уэлс-Грэй в 1939 году. Кстати, все три более высоких водопада тоже находятся в Британской Колумбии — ну как можно не любить эту провинцию?
Для любителей неправильно исправлять в комментариях: имеется в виду высота свободного падения воды, многоярусные и каскадные водопады — не в счет.
Название водопада увековечивает память доктора Джона Себастьяна Хелмкена, физиотерапевта компании Hudson Bay, помогшего Британской колумбии вступить в Канадскую Конфедерацию в 1871 году. Доктор Хелмкен умер в возрасте 95 лет в 1920 году, но ни разу в жизни не увидел этого водопада.
Dawson Falls
Чуть выше по течению той же реки, что падает водопадом Хелмкен (Murtle River), — расположено еще 5 водопадов, один из самых известных среди которых — водопад Доусон.
Здесь вода падает с застывшего 200-тысячелетнего лавового потока, под которым — песок и осадочная порода, намытая рекой до извержения. При высоте 20 м и ширине 90 м, Доусон сравнивают по пропорциям с Ниагарой.
Ферма-призрак
Одна из достопримечательностей Уэлс-Грея — заброшенная ферма Рэя (Ray Farm) 1940-го года, где расставлены таблички рассказывающие о жизни здесь в то время.
Но на ферму Рея мы не поехали, зато остановились у одной из заброшенных ферм прямо на дороге в парк.
Благодаря тому что эта ферма была относительно новой (обратите внимание, здесь даже было электричество), она сохранилась значительно лучше любого города призрака времен золотой лихорадки в этом регионе.
Всего несколько домиков в высокой по пояс траве.
Зато внутри можно представить как здесь было все обставлено.
Кухня.
Банка дрожжей на том что когда-то было столешницей.
Гостиная
Из кучи мусора за уголок вытащил целую газету.
6 декабря 1986. Килограмм филе лосося в Камлупсе стоил $6.79.
На самом деле, таких немало попадается вдоль дороги.
У одного из них я еще заранее на фотографиях в Гугле подметил небольшое стадо буйволов и да, они тут как тут — спят под ёлкой, очевидно, домашние или одомашненные.
Вообще с живностью в этот раз не повезло — ни одного медведя, хотя здесь много гризли и еще больше черных, ни одного лося, хотя здесь их зимовье, даже олени — красивые такие, рогатые — и те только под машину кидались в последнее утро по пути домой.
Напоите автора кофием
В последние годы писать для русскоязычной аудитории стало непросто, и я всё чаще уделяю внимание англоязычным проектам. Но если вам нравится этот блог и вы хотите видеть новые публикации — поддержите его!
Купите мне кофе (я люблю тёмный, например Guinness, а теперь можно и крипто) — и вы поможете блогу жить, а историям продолжать появляться.
справа, предложив исправление. Я быстро все исправлю.