Я много раз был на самом острове Ванкувер — можно сказать, неплохо исследовал его южную часть — Викторию, Тофино, прошел West Coast Trail от Бэмфилда до Порт-Ренфрю. Но никогда не был в северной его части, тем более нанебольших, полудиких островках, которые рассыпались архипелагом вдоль западного побережья Канады, куда почти невозможно подъехать со стороны суши (но мы все равно будем стараться).

Места здесь удивительные, и хоть это не так и далеко от Ванкувера — всего 400км — здесь переносишься в какой-то совершенно иной мир.

Этот мир живет своей неспешной жизнью, рефлексируя на океан, и на наш мир оттуда, со стороны.

Так, например, единственный магазин и ресторан в относительно крупном городке по пути в воскресенье открыт до 4-х часов, но приехав туда в 2:50, оказалась что их кухня уже закрылась.

Например, Кэмпбелл-Ривер, также известный как «Всемирная столица лосося». Этот городок вы могли видеть в таких фильмах как «7 лет в Тибете», «Пункт назначения — 2», «Планета обезьян: Революция», «Сумерки. Новолуние». Одним словом, город сиквелов.

Йеллоустоун (Yellowstone National Park) — геологическое чудо света. Эдакий пуп Земли в буквальном смысле. Дело в то, что обычно толщина земной коры составляет порядка 35 км до мантии, здесь же в радиусе 20 км от центра парка, магма подходит всего на 8–10 км от поверхности (и это еще при том, что сам Йеллоустоун находится на плато на 2.5 км выше уровня моря).

Неизбежно вся эта подземная активность находит выход в разнообразном виде в различных частях парка, превращая земной ландшафт в что-то совершенно не от мира сего.

Йеллоустоун преимущественно находится на территории штата Вайоминг, но несколько километров по периметру парка заходят в соседние Монтану и Айдахо. Это 1,400 км от Ванкувера,  если что, поэтому проще туда добираться за два дня, впрочем, на обратном пути мы воспользовались дополнительным часом от пересечения часового пояса — и покрыли все расстояние махом за 1 день (около 15 часов в машине).

Дорога, достаточно интересная, поэтому и ехать не скучно.

Двух, или даже трех дней все равно не хватит чтобы останавливаться везде где душа того просит.

Протяженность: 9.5 км
Набор высоты: 300 м
Наивысшая точка: 2,181 м
Категория: умеренный (intermediate)
Время прохождения: 4 ч.
Расстояние от Ванкувера: 2 ч (Whistler, BC)

Стыдно, не честно, а что поделаешь? Сцепились с женой клешнями и укатили в закат — сбежали на выходные ото всех в Вистлер. Думали побыть наедине, но где там когда вокруг столько всего есть.

Главная проблема с местными тропами — в том, что все они начинаются на вершине горы, куда добраться можно только поднимаясь 20 минут на подъемнике, который стоит, на минуточку, $100 на двоих. Первое, что приходит в голову когда кассир оглашает цену — это ппц, обдиралово. Но постепенно на смену этой мысли приходит понимание того, что это куда меньшее обдиралово чем подъемник на горе Грауз где цена вопроса — та же, только вы платите за 7-минутный подъем и спуск на гондоле в то время как на Вистлере это целый день пользования разветвленной системой из нескольких лифтов как кресельного так и гондольного типа, включая подвесную дорогу Peak2Peak — с горы Whistler на Black Comb.

После 20 минут на гондоле «Whistler Village» пересаживаемся на лыжный подъемник и едем еще выше — на высоту 2,160 м.  Дух захватывает от движения прямо на скалы – спуск обещает быть еще более впечатляющим.

Одно из самых главных качеств Британской Колумбии заключается в том, какой разной она может быть — то тебе снег среди лета, то дождливый лес, а то всего в трех часах езды — прерия. Да такая, что хоть сейчас с учителем химии мет вари в доме на колесах, если вы понимаете, о чем я.

Прошлые выходные провели на гостевом ранчо с сотрудниками под городком, о котором я раньше и не слышал-то никогда — Эшкрофт (Ashcroft, BC).

Ранчо — это та же ферма, где вместо того чтобы вспахивать поле, на него просто выпускают лошадей пастись.

Гостевое ранчо — это то, в котором при этом еще и организовали отель.

Большинство работников на ранчо — сезонные, работают 30 часов в неделю за еду, крышу над головой и возможность кататься на лошадках. За работу они даже не получают на карманные расходы в городе.

Я, как не получающий никакого удовольствия от верховой езды, проматнулся по окрестностям, пока наши давили попами лошадей.

Только здесь я понял, чего никогда не бывает в Ванкувере — гроз. За год у нас не было ни одной грозы, здесь же они не редкость, но все выходные дождь обходил нас стороной, буквально по соседнему полю обходил.

Тучи шли прямо на нас.

Очень красиво шли, оттеняя подсвеченные солнцем заросшие жестким кустарником холмы.

Как оказалось, это одна из самых удивительных раковин, которые можно найти на тихоокеанском побережье — за свою форму, а также некоторую долю удачи, которая должна сопутствовать находке, ее здесь называют «счастливый доллар» (lucky dollar) или чаще — «песочный доллар» (sand dollar) или «морская печенька» (sea biscuit).

Удивителен песочный доллар уже хотя бы тем, что он совсем не раковина. Это скорее панцирь — экзоскелет плоского морского ежа. Правда, называть его раковиной удобнее чем экзоскелетом.

Свой первый доллар мы искали на краю света — на западном побережье острова Ванкувер — в отливных волнах, пока одна из них не оставила за собой что-то такое:

Размером раковины обычно 5—10 см в диаметре и до 1 см в толщину, формой похожи на большую монету, за что и получили свое английское название.

26-метровую тушу самки синего кита весом 80 тонн (в 10 раз больше слона) закопали прямо на пляже под 13-метровой насыпью. Чтобы оттащить 80-тонную тушу к вырытой могиле потребовалось 2 дня, 4 бульдозера и большой фермерский трактор [Youtube].

За 20 лет останки кита разложились в глине, далеко не так хорошо как на то надеялись: плоть кита по-прежнему была на костях, только теперь все это плавало в разложениях и китовом масле.

Фильм канала Дискавери (Rising Big Blue) дает лучшее представление о масштабах работ чем фотографии: например, у них там был человек, который только и занимался тем, что постоянно точил ножи, с помощью которых отделяли кости от остатков плоти.

У кита потерялся один плавник, который кто-то из местных не поленился отпилить, провезти несколько километров и выбросить. Спустя 20 лет по наводке другого местного кости плавника нашли в лесу едва ли не в лучшем состоянии чем остального кита.

Как бы то ни было, за 2 недели скелет ободрали и переправили через всю Канаду в Викторию, где их должны были высушить и создать самый большой подвесной скелет в мире для нового музея в Университета Британской Колумбии (UBC) в Ванкувере.

Ничего страшного в этом, конечно же нет и слово акула здесь — сплошное очковтирательство, но тем ни менее, нашлось много несогласных на второе погружение. А все обстоит примерно так: лодки выходят в море, пару часов ищут акулу. Затем начинают плавать вокруг ленивого создания, по очереди сбрасывая тройку скуба-дайверов каждый раз когда проходят перед ней, по ходу движения. Когда оказываешь в воде есть буквально пару секунд чтобы поправить маску, которая от прыжка вполне могла сбиться — и нужно тут же нырять, потому что к этому моменту голова рыбины уже где-то под тобой.

Дальше поворачиваешься по ходу ее движения и со всей силы гребешь ногами: то, что для чудища — ленивые и неспешный дрейф, для нас, обезьян — хорошая нагрузка.

Затем пятнистая голова пропадает где-то в планктоне и появляется плавник на ощупь плотный и не скользкий, как резина ласты. Потом пропадает плавник, но хвост никак не появляется. Я несколько раз даже оборачивался, проверить — а будет ли вообще хвост.

Я несколько раз уже ссылался на рассказ мамы друга, которая вернувшись из Канады незадолго до нашей иммиграции, рассказывала какие-то сказки и канадских парках, что, мол, к тебе с одной стороны кролики бегут, с другой — белочки, тут птичка садится на плечо, а там чуть ли не олененок Бемби в глаза заглядывает.

Пока что мне худо-бедно удавалось находить подтверждения этой истории: мы кормили бурундуков в Хай-парке в Торонто, кормили лебедей и гусей, гоняли белок. Но только теперь тот самый друг получил Грин Карту США и приехал навестить нас (тут 2 часа от Сиэттла), показав Тот самый парк, о котором была изначальная история.

Оказывается, в парке Минору, что в центре Ричмонда — пригорода Ванкувера, кролики атакуют буквально буквально начиная с входа в парк.

И стар:

и мал:

Атакуют и требуют овощей.

Овощей они, конечно же, получают. Берут прямо с рук.

На большей территории парка кроликов нет вообще, но вдоль одной из дорожек постоянно торчит несколько пар ушей, а не некоторых полянах собирается не меньше десяти пушистых тушек.

Интересно наблюдать за зверушками: эти, почти самые бестолковые из известных мне, а вон, тоже собираются и гадят в одном месте, чтобы не бегать по своему же говну. Эх, нам бы, людям тоже так же бы.